Совет государству: не хотите, чтобы люди стояли на Майдане, устройте «Онлайн Майдан»

В нелегкое для Украины время, связанное с политическими событиями и развернувшейся на фоне информационной войной, Antivirus.ua решил поинтересоваться у специалиста по информационной безопасности его мнением о том, что происходит в нашей стране. Так основатель Антивирусной Лаборатории Zillya! Алексей Орловский рассказал нам о том, насколько серьезны последствия используемых масс-медиа технологий и какие пути решения сложившейся ситуации в информационной сфере можно было бы предположить.

Алексей Орловский

Алексей, расскажите, пожалуйста, в сложившейся в Украине политической ситуации используются ли информационные технологии для манипулирования общественным мнением?

Конечно же, используются. Но нельзя применять слово «манипулируют» к любому взаимодействию с людьми. Если говорить о политических сторонах, то в сегодняшней ситуации первенство в успешной работе со средствами массовой информации и с массами вообще можно отдать оппозиции. А представители власти действуют «по-старинке». Государство «заковано» в аппарат, который ее тяготит. Существующие государственные сайты, существующие правила и процедуры общения между государством и народом давно устарели.

Нужно учитывать и тот факт, что использование интернета и средств массовой информации всегда граничит с некоторой раскованностью, но, вместе с тем, и с рисками. В каком-то случае информационная борьба использузет черный пиар, а в каком-то – можно иметь дело и со взломом аккаунтов.

1_15.png

 

Официально такие методы борьбы государство себе не может позволить. Мало того, ни одна политическая сила не будет соглашаться с тем, что организация Anonymous, например, связана или куплена оппозицией. Anonymous и другие хакерские группировки официально называют активистами, которых никто из власти не поддерживает.

Если говорить о социальных сетях и аккаунтах политиков, насколько они вообще защищены? Ведь персональные странички публичных людей, наверное, требуют особой внимательности к публикуемой информации и усиленной защиты?

Для того, чтобы сломать аккаунт Кличко, например, не нужно атаковать сам Facebook, который взломать было бы непросто. Нужно всего лишь атаковать пресс-центр политика или компьютер того человека, который отвечает конкретно за аккаунт. А это совсем несложно, особенно, если «активисты» имеют какие-то выходы на конкретных людей или хотя бы примерно понимают, как устроена система.

Благодаря социальным сетям и другим площадкам обмена информацией, создается впечатление, по крайней мере, что политические лидеры близки к народу, информация быстро поступает к пользователям и они чувствуют обратную связь. Но сегодняшние события в Украине показывают, что такие возможности могут быть использованы и во вред. По Вашему мнению, этого можно было бы избежать? Что нужно делать, чтобы защитить возможности связи с общественностью публичной личности?

Государственным деятелям и их представителям в сетях нужно понимать опасность и придерживаться определенных правил поведения в интернете, в работе с общественностью. В первую очередь необходима персональная грамотность. Каждый деятель должен понимать, что за персональным аккаунтом нужно постоянно следить. И, в случае потери к нему доступа, нужно осуществлять немедленную поддержку. Такая практика существует, но стоит работать более оперативно, чтобы немедленно блокировать и исправлять ситуацию.

herson.png

Также, кроме официальных профайлов, у представителей власти должны быть персональные, более защищенные, сайты. Должна присутствовать защита на уровне хостинга, SSL и прочего. Тогда они не смогут так легко взламываться, как аккаунты. Потому что есть возможность поставить антивирус, зашифровать данные, пользоваться удаленным сервером и так далее.

Даже если социальная сеть авторитетная – Facebook, LinedIn, Vkontakte – не факт, что она безопасна. Потому что в большинстве случаев, все зависит от грамотности: если не уметь аккаунтом пользоваться – закрывать глаза на все дырки безопасности в этой системе, доверять права секретарю, который неизвестно, что со своим компьютером делает, ни о какой безопасности не может быть и речи.

Оппозиция, как Вы сказали в начале интервью, использует технологии масс-медиа в сегодняшней ситуации более уверенно и широко. А государство в роли существующей власти, насколько эффективно, на Ваш взгляд, сейчас использует современные технологии для передачи информации?

Практически не использует. Государственные сайты совсем не интерактивны. Информация на них обновляется крайне редко, они практически не выполняют функцию обратной связи. Для связи в лучшем случае на сайте можно найти какой-то телефон, на который, кстати, вряд ли можно дозвониться. О системе комментирования, благодаря которой можно было бы задать вопрос и тут же получить ответ, приходится только мечтать. А если такое и присутствует, то далеко не повсеместно и неорганизованно. Если бы присутствовала обратная связь, то, естественно, люди пытались бы использовать интерактивность, участвовали бы в жизни государства и общества с помощью современных технологий.

Но мы видим обратное: и пресса, и IT-специалисты, и обычные граждане говорят, что государственные сайты недостаточно развиты. Оправдания со стороны государства в стиле «это очень сложно», «не хватает денег» – не совсем серьезны, мягко говоря. В конце концов, никто не требует сверхсложных технологий, речь идет об обычных нормальных сайтах. А если сайты сделаны аматорски, по каким-то «средневековым» технологиям – это никакому оправданию не подлежит.

Но если государственные сайты не интересны гражданам, то, наверное, не так уж и страшны атаки на эти сайты?

Сайты не интересны гражданам как раз до тех пор, пока на них ничего интересного не происходит. А если на сайте, допустим, будет искажена вся информация? Или появится официальное заявление с определенным призывом? А сообщение с провокационной информацией? Все это может поднять шум, панику и даже привести к народным волнениям, если вовремя не остановить этот процесс.

Дело не в том, что можно украсть какую-то информацию с государственных сайтов. А дело в том, что есть страна, в которой происходит волнение. Оно возникает не только по экономическим причинам, а и из-за дезинформации. Кому-то эти волнения нужны. Государство в этом случае заинтересовано сохранять баланс. А это выражается и в работе с гражданами. Поэтому, недостаточно эффективно используя весь информационный потенциал, государство практически отдает дело информирования народа в руки другим людям.

Недооценка нашей властью этого вопроса не дает возможности государству донести гражданам свою позицию. А дезинформация постоянно наступает, ею окружены все. В то время, как во многих странах уже и выборы электронные проходят, у нас государственные сайты практически не обновляются (по сравнению с теми же СМИ). Это лишний раз доказывает то, что мы не используем доступный повсеместный интерактивный канал – интернет.

В такой ситуации хакеры могут занять свою позицию и действовать в своих субъективных интересах? Но ответственность остается на плечах государства?

Все видят проблему в том, что сложно найти достоверную информацию и неизвестно, кому верить. Но не стоит винить сугубо государство или оппозицию. Множество проблем искусственно создано некоторыми людьми с личностными интересами. Граждане не всегда понимают, где правда, а где ложь. Они верят в защищенность информационной области на государственном уровне, они не всегда знают даже об угрозах, о том, где вообще возможен обман, дезинформация, верят официальным сайтам и аккаунтам.

Мы, как специалисты в информационной безопасности, пытаемся, прежде всего, увидеть истину, понять, в чем суть проблемы и как ее можно решить. Мы понимаем, что если у системы есть уязвимость, то возможно искажение информации.

А государству важно понять: ответственность перед гражданами заключается в том числе и в контроле над информационной областью, в недопущении последствий дезинформации граждан.

А к каким последствиям это может привести?

Самое худшее последствие, которое может быть, – это гражданская война. Этого никто не хочет, тем более граждане. Они, как никто другой, понимают всю опасность такой ситуации. Но накаливание атмосферы средствами массовой информации сейчас постоянно происходит. Благодаря интерактивности интернета можно создать мнение и волнение в течении минуты. Чтобы дождаться волнения, созданного информацией печатного издания, нужно, как минимум, дождаться его выхода. А в интернете это может произойти в любое время. Сообщение через социальные сети распространяются мгновенно – и это очень опасно.

На Ваш взгляд такую ситуацию можно было бы изменить?

Если бы граждане знали, что, заходя на авторитетный государственный источник, они на дезинформацию мгновенно получают государственный ответ, думаю, можно было бы избежать многих проблем. Интерактивность интернета имеет свои плюсы и минусы. Нужно понимать, как ее использовать, а не только критиковать. Все-таки у государства есть потенциал: правовой, финансовый и силовой.

Хочется, прежде всего, призвать людей, которые могут несанкционированно эксплуатировать информационные ресурсы, не заниматься этим и не поднимать панику. Никто не хочет гражданской войны, и это не шутки. Нужно думать, к чему это все может привести.

ukrainian_meeting_5_by_scutella-d6y3drv.jpg

Если обращаться к государству, то последние события на Майдане еще раз доказывают: информационные процессы в государстве нуждаются в модификации. Почему нельзя проводить заседания, круглые столы, обсуждения важнейших экономических, политических и социальных вопросов и транслировать их в интернете? Люди будут с удовольствием в этом участвовать. Сейчас на Майдане они не могут высказаться. А если бы был «Онлайн Майдан»?

Вы считаете, что можно было бы устраиваить митинги и акции протеста в интернете?

Да. Совет государству: не хотите, чтобы люди стояли на Майдане, устройте «Онлайн Майдан». Пусть люди там высказывают свое мнение. Выстраиваются в сообщества с системой голосования и т.д. Это эффективная политика открытости электронного государства. Она практикуется в Европе и приводит к позитивным изменениям.

voting-online-methods.jpg

Необходимо не только упрощение выборов, а и возможность народа высказаться. А если предположить, что у нас появилась бы такая система, то это даже провоцировало бы развитие интернета в глубинке. Потому что, если можно высказаться в интернете, то не нужно ехать в Киев для высказывания своего мнения на Майдане. Непосредственно на сайте можно перетянуть «себя» с помощью мышки в оппозицию, бастующих или голодающих (смеется, – ред.). Я не считаю, что есть существенная разница, между бастующими на Майдане и на официальном сайте – это одно и то же общественное мнение. «Онлайн Майдан» подчеркнул бы открытость государства по отношению к диалогу с обществом.

Еще интересное

Общественные Wi-Fi-сети не используют никаких механизмов шифрования, подвергая пользователей атакам хакеров.
Вчера, 25 декабря, в Киеве состоялась пресс-конференция, посвященная созданию украинского суперкомпьютера полувоенного назначения.
Для внедрения в системы ведомство использовало команду хакеров, ответственных за атаку на Belgacom.
По словам руководства сайта RST.ua, данные о пользователях со счётчиков посещений Bigmir и I.UA будут продаваться третьим лицам.
Количество интернет-доменов рунета, хотя бы раз замеченных в нежелательной и подозрительной активности, по данным на сентябрь, составило 1,12 млн.
Сегодня появилась информация о том, что канал Youtube департамента по связям с общественностью украинского Министерства внутренних дел был заблокирован